Меню
8 (8182) 49-00-00
Заказать звонок

ПРИТВОРНАЯ СДЕЛКА

ПРИТВОРНАЯ СДЕЛКА
Баринов А.И.* обратился в суд к Успенской В.А.*, Мансурову А.В.* с иском, о признании недействительным (притворным) договора дарения, заключённого между ответчиками, применении последствий недействительности договора дарения, применении к договору дарения правил договора купли-продажи и переводе на Баринова А.И. прав и обязанностей покупателя, а также о взыскании с Баринова А.И. в пользу Мансурова А.В. 420000 руб. в счёт стоимости доли в праве собственности на квартиру.

В обоснование требований Баринов А.И. ссылался на то, что является собственником  84/529 доли в квартире, расположенной по адресу: город С-П* (далее - квартира). Отцу и сестре истца принадлежит по 85/529 доли в квартире.

Ответчику - Успенской В.А. принадлежало в спортной квартире 276/529 доли, которая перешла в собственность ответчику - Мансурову А.В. по договору дарения, заключённому в счёт погашения долга. Таким образом, договор дарения являлся притворной сделкой, прикрывающей отчуждение доли квартиры, что повлекло отчуждение доли в нарушение права Баринова А.И. на преимущественную покупку.

03.07.2017, решением Гатчинского городского суда Ленинградской области исковые требования удовлетворены в полном объеме. 30.11.2017, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении иска отказано.

С указанным определением не согласился Баринов А.И., и обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ, в которой просил отменить апелляционное определение.

Верховный Суд РФ, прислушался к доводам заявителя и указал следующее:

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришёл к выводу о ничтожности договора дарения 276/529 доли в праве собственности   на квартиру как притворной сделки, прикрывающей возмездное отчуждение этой доли с нарушением преимущественного права Баринова А.И. на приобретение.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о том, что оспариваемый договор дарения - притворная сделка. При этом суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что между ответчиками имели место ранее возникшие заёмные отношения и договор дарения прикрывает договоры займа и залога жилых помещений в обеспечение исполнения заёмных обязательств ответчика - Успенской В.А.

Таким образом, возврат ответчиками полученных долей по прикрываемой сделке не приведёт к восстановлению прав, в защиту которых обратился истец, а потому основания для признания по требованию истца договора дарения недействительной сделкой, применения к нему последствий недействительности ничтожной сделки и правил ст. 250 Гражданского кодекса РФ о переводе на него прав и обязанностей покупателя спорного имущества отсутствуют.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ нашла, что апелляционное определение принято с нарушением норм действующего законодательства и согласиться с ним нельзя по следующим основаниям.

Как предусмотрено п. 2, ст. 246 Гражданского кодекса РФ, участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при её возмездном отчуждении правил, предусмотренных ст. 250 Гражданского кодекса РФ.

Суд апелляционной инстанции, установив, что квалифицирующий дарение признак безвозмездности при заключении ответчиками договора отсутствует, не исследовал, применимы ли положения ст. 250 Гражданского кодекса РФ в рассматриваемом споре.

При этом суд указал, что установленный характер безвозмездности возникших между ответчиками правоотношений  недостаточен для их квалификации как договора купли-продажи недвижимого имущества.

Между тем, исходя из положений ст. 246 Гражданского кодекса РФ, правила ст. 250 Гражданского кодекса РФ подлежат применению при любом возмездном отчуждении доли в праве общей собственности, а не только при купле-продаже. При этом квалификация отношений возникших между ответчиками не как отношений купли-продажи не является безусловным основанием для отказа в применении положений ст. 250 Гражданского кодекса РФ.

При рассмотрении дела, Баринов А.И. настаивал на квалификации сложившихся между ответчиками правоотношений, как соглашения об отступном. Как полагал истец, передача имущества в собственность Мансурову А.В. по соглашению об отступном в обмен на получение денежных средств по займу, это распоряжение имуществом в виде возмездного отчуждения, и, следовательно, нарушает право истца на преимущественную покупку доли.

При таких обстоятельствах суду для правильного разрешения спора надлежало установить, наличие оснований для перевода на истца прав и обязанностей приобретателя доли в квартире, что обеспечило бы баланс интересов участников спора.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции ошибочно счёл, что оспариваемый истцом договор дарения с учётом цели заключения, сводящейся к обеспечению долговых обязательств дарителя, прикрывал как договор займа,так и договор залога жилого помещения, как способа обеспечения обязательств ответчика Успенской В.А. перед ответчиком Мансуровым В.А. по договорам займа.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву притворности необходимо установить, что воля обеих сторон направлена на совершение иной сделки, а не заключённой, а также, что сторонами во исполнение притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Указывая, что прикрываемая сделка это договор займа, суд апелляционной инстанции не установил, какие заемные денежные средства и кем передавались по договору дарения, на каких условиях заключён прикрываемый договор займа.

Квалифицируя договор дарения также как сделку, прикрывающую договор залога недвижимости, суд апелляционной инстанции не учёл, что по договору залога право собственности на заложенное имущества до момента предъявления кредитором требования об обращении на него взыскания принадлежит заёмщику, а не передаётся кредитору с государственной регистрацией права собственности на него.

Верховный Суд РФ, отменил апелляционное определение и направил дело на новое рассмотрение. 

источник: Определение Верховного Суда РФ № 33-КГ18-4 от 21.08.2018

* - имена и фамилии изменены.
Смотреть все статьи »
« Назад
нужна консультация по данному вопросу?
Задайте Ваш вопрос юристу
Похожие статьи: